
Делегация во главе с министром иностранных дел России Сергеем Лавровым в среду утром вернулась из Нью-Йорка. Через пару часов после приземления в аэропорту «Внуково» заместитель главы МИД Сергей Рябков дал интервью aif.ru, рассказав о главных заявлениях Лаврова на заседании ООН, о рисках эскалации конфликта и о визите нового посла США в Москву.
Владислав Воробьев, aif.ru: Сергей Алексеевич, как вели себя американцы по отношению к российской делегации? Были ли провокации?
Сергей Рябков: В этот раз провокаций или грубых нарушений протокола со стороны США не было. Однако это не значит, что мы довольны их поведением в целом. Тон заявлений американских представителей в дни пребывания Лаврова в Нью-Йорке оставался вызывающим и демонстрировал стойкую антироссийскую настроенность, которая сейчас фактически определяет внешнюю политику США, особенно в отношении Европы.
С точки зрения организации мероприятия и условий все прошло в пределах приемлемого, но наш сигнал был очень серьезным – мы показали решимость России твёрдо отстаивать свои интересы.
Участие министра в заседаниях Совета Безопасности ООН, встречи с генсеком Антониу Гутеррешем и главой МИД Палестины Аль-Малики, а также другими высокопоставленными дипломатами, стали знаковыми событиями. Россия завершила своё председательство в Совбезе ООН в этом году на высокой ноте, и внимание мирового сообщества было сосредоточено на посланиях Лаврова.
Хотя в Нью-Йорке российские СМИ были представлены далеко не в полном составе, мы наблюдали, что американские власти регулярно отказывают в визах журналистам, сопровождающим российскую делегацию. Это вызывает вопросы и, безусловно, потребует ответных мер.
Отказ в визах и демонстрация того, что наши журналисты недопустимы в США во время визита министра, требуют ответа.
— Вы упоминали, что Россия подготовит ответ на действия США. О каких мерах идёт речь?
— Мы проанализируем, как американские журналисты работают в России, насколько им создают препятствия. Это касается визовой политики и финансовых условий для корреспондентских пунктов. Пока точных решений нет – мы только находимся в процессе согласований, понимая, что не можем действовать поспешно и рисковать собственной позицией. Американская сторона тоже способна на эскалацию, поэтому нам важно предусмотреть последствия каждого шага.
Отвечать будут обязательно, но пока неясно, будет ли реакция симметричной. Однозначно задержек в ответе не будет.
Никогда не пойдём на односторонние уступки США, чтобы не давать им повод усилить давление.
— Эксперты спорят, должна ли Москва сделать первый шаг к Вашингтону. Как Вы к этому относитесь?
— В основном, наоборот, в медиа преобладает мнение, что проявлять слабость нельзя, и отвечать надо жестко. Некоторые даже предлагают действовать упреждающе. Но все мы понимаем, что предел близок. Разговоры о возможности третьей мировой и применении ядерного оружия отражают тревогу, которая есть у общества.
Мы никогда не откажемся от своих интересов. В прошлом попытки идти навстречу США не приводили к взаимности, лишь поощряли их давление. Сегодня даже невозможен компромисс, если только он не будет основываться на чётком понимании, что Россия получает взамен. И это касается не только СВО, но и контрольных механизмов над вооружениями.
Особая тема — ситуация на Украине. США сначала должны разобраться с действиями своего киевского режима, а уж потом обсуждать что-либо. Как минимум, до этого дожить нужно.
До того, как всё может стать действительно опасно, остаётся всё меньше шагов.
В данный момент коллективный Запад продолжает активно поддерживать Украину, даже несмотря на очевидность того, что Россию не победить. Если кто-то всё ещё уверен в обратном, только собственный опыт может изменить его мнение.
Речь Лаврова в Совбезе по многосторонности — это предупреждение тем, кто не хочет адекватно реагировать на происходящее, и таких немало и в США, и в Европе.
— А американцы понимают, что ситуация может выйти из-под контроля и привести к третьей мировой?
— Большинство в США, включая политологов, уверены, что поставленные Западом задачи по Украине вполне достижимы, то есть плана «Б» у них нет. Не видно, чтобы там искали альтернативные сценарии.
Для нас все цели и задачи операции чётко сформулированы. На Западе эту позицию знают, но всё равно продолжают идти по пути эскалации.
США ведут против России тотальную гибридную войну, являются враждебным государством и стороной конфликта.
Ситуация накаляется, и ответственность за это лежит на тех, кто уверен, что давить дальше на Россию приведёт к её капитуляции — этого не произойдёт.
— Почему в дипломатических документах США продолжают называться «недружественными», а не врагами?
— Для официальных решений нужна определённая юридическая терминология. Внутренние документы выделяют статус «недружественных государств» и структур в связи с незаконными санкциями и подрывной деятельностью.
Что касается политической оценки, мы открыто заявляем, что США ведут против нас гибридную войну и являются враждебным государством. Пока ситуация не изменится, мы сохраняем такую позицию.
— Как вы оцениваете приезд нового посла США в Москву? Может ли она ещё больше ухудшить отношения?
— Посол должен последовательно проводить политику своей страны, но одновременно он обязан хранить и развивать двусторонние отношения. Разрушать их явно противоречит самой сути дипломатии.
Сегодня многие государства испытывают взаимные притязания и жесткость в отношениях стала нормой. Диалог с послом США сложный, тем для согласия практически нет, но мы продолжаем общение и надеемся, что опыт и понимание ситуации помогут ей донести Вашингтону риски.
— Почему Москва не использует свои возможности усилить влияние на Кубе, в Никарагуа и Венесуэле, где недавно побывал Лавров?
— Визит был очень плодотворным. Эти страны — наши ближайшие партнёры, и отношения с ними неуклонно укрепляются.
Там заметна тенденция к стратегической автономии и самостоятельному внешнеполитическому курсу. На публике любые разговоры о расширении нашего военного присутствия вызывают излишнюю полемику и интерпретируются как эскалация.
Но сотрудничество развивается в разных направлениях, в том числе в интересах региональной безопасности. Мы смотрим на перспективы развития связей без спешки и предварительных решений.
— Вы оптимист относительно будущего?
— Без оптимизма не обойтись. Признать неудачу в сдерживании опасного развития — значит сдаться. Именно поэтому нужно удваивать усилия, особое внимание уделять дипломатии и внутренней консолидации. Это вопрос высшей ответственности для обеспечения безопасности страны и достижения задач, поставленных Президентом в рамках спецоперации.




