Юлии Борисовой исполнилось бы сто лет — актрисе, которая прожила почти век, оставив неизгладимый след в театральном искусстве и российской культуре. Она ушла из жизни на 99-м году, пережив многих своих выдающихся коллег — Этуша, Ульянова, Ланового, Яковлева, Гриценко и Коновалову, с кем была связана на протяжении многих лет. Рубен Симонов, открывший в ней настоящий талант, сделал ее звездой, раскрыв как трагические, так и комические грани ее дарования.

Юлия жила просто и искренне. Она не лгала и не суетилась, не искала легких путей в жизни и театре. Не была членом ни комсомола, ни партии, с детства искренне верила в Бога.
Никаких школьных спектаклей, никакой самодеятельности — она была прежде всегоочень хорошей ученицей, особенно в математике. В Вахтанговское училище ее приняли с сомнением из-за излишней округлости и щек, советовали похудеть, что Юлия сделала довольно необычным способом — взявшись за курение «Беломора». К счастью, после достижения цели курить она перестала навсегда.

Ее лицо не подходило под классические каноны красоты, но отличалось гибкостью и выразительностью, хорошо меняясь под гримом. Голос — звонкий, с гортанными нотками, знаком зрителям по многочисленным ролям: Стряпуха из одноименного спектакля, Валька из «Иркутской истории», принцесса Турандот – вторая актриса в легендарной постановке Вахтангова. Для поколений театралов она стала олицетворением этой героини, не уступая предшественнице Цецилии Мансуровой.

Ее выступления в Париже, где вместе с Николаем Гриценко она играла Настасью Филипповну в «Идиоте», вызывали восторг. Французские критики отмечали ее элегантность и силу, еще не сомневаясь в ее театральной легендарности.

Роль в «Иркутской истории» стала еще одним доказательством ее многообразия как актрисы. Ее Валька — персонаж со сложной судьбой — тронула до слез драматурга Алексея Арбузова, который не пропускал ни одного спектакля и признавался, что выступления Борисовой вызывают у него слезы умиления и восторга.

Работая над ролями, Борисова не привыкла заниматься дома — она учила текст и оттачивала движение непосредственно на сцене. Она обожала грим и театральные костюмы, в которых выглядела неотразимо. Рубен Николаевич называл ее своим талисманом, уверяя, что с ее появлением пьесы живут дольше и приобретают особую судьбу.

Ее вклад в театр отмечал и Евгений Симонов, преемник отца как худрука Вахтанговского, посвятивший ей стихи, которые отражают её неземное вдохновение и благородство. А личная жизнь Юлии сложилась так, что она отказалась от предложенной невесты Шимоновых судьбы и всю жизнь прожила с Исаем Спектором, воспитав с ним крепкую семью.

За преданность и мастерство Борисову обожали публики по всему миру. На гастролях в Риге и Белграде ее принимали с восторгом и уважением, а в Варшаве, несмотря на непростое политическое настроение, ее поклонники буквально преклонялись перед ней.

Для роли в «Миллионерше» по пьесе Бернарда Шоу Юлия брала уроки джиу-джитсу. Эта подготовка пригодилась и в жизни — актриса не могла пройти мимо несправедливости и однажды вмешалась, защитив беззащитного на улице.

Восприятие театра у нее было разделено: кулисы — место борьбы и порой жестокости, а сцена — хранилище света и красоты.

Она сознательно избегала публичности, не стремилась к светским тусовкам и интервью, предпочитая говорить делами. На одном из юбилеев честно призналась, что ни с кем не конфликтовала, роли ей приносили сами авторы, а дороги никому не перешла.

В домашних условиях Борисова была простой женщиной: мама, бабушка, прабабушка. В 1990-е годы, несмотря на статус, она готовила, убирала, бегала по магазинам — боролась за уют в доме. Говорила, что театр и дом — это две непохожие стороны жизни, и даже в самые трудные времена для близких она была опорой.

Одна из ее внучек, Мария Борисова, рассказывает, что бабушка была для нее настоящим ориентиром. Она воспитывала, не баловала, требовала честности и самостоятельности — главное в жизни, по ее мнению, упорство и труд.
Мария помнит бабушку как мудрую женщину, которая призывала уважать людей, избегать сплетен и всегда владеть собой.

Внуки особо ценили ее кулинарные таланты: «Наполеон», ромовый бисквит, ореховый и черемуховый торты, а также знаменитое безе.

Детские воспоминания о театре были связаны с рассказами бабушки о спектаклях, удачных импровизациях и выдающихся ролях. На гастроли ее брали, когда Мария уже училась в институте — поездки в разные города и страны стали частью ее жизни.

Из спектаклей внучка особенно выделяет роль Лики Мизиновой из «Насмешливое мое счастье» — образ, который близок ей и родным воспоминаниям о бабушке.

Впечатления о бабушке для Марии не подвластны времени — каждый день она живет, опираясь на советы Юлии Константиновны и ощущая ее поддержку.



