26.09.2020

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

МСК-


Смерть на видео

Днем 3 февраля 2019 года во дворе частного дома номер восемь по улице Грушовой в кубанском селе Супсех к юго-востоку Анапы собралась компания. Четверо приятелей приехали в гости к 60-летнему Виктору Артемову. Артемов, невысокий и седой водитель маршрутки, делил первый этаж дома со своим старым другом, Фаритом Арслановым. Второй занимал его сын, 30-летний Артем, вместе с супругой и тремя маленькими детьми — старшему пять, младшему меньше года.

В половину пятого вечера один из гостей, высокий 30-летний брюнет в белой футболке Андрей Тихомиров, взял в руки молоток и бойкой походкой направился к деревянному забору дома номер 12, через участок от Артемовых, привлекающему внимание бирюзовой расцветкой и украшениями в виде ромашек. Дальнейшие события попали на камеру видеонаблюдения, установленную жителем нечетной стороны улицы на электрическом столбе.

Произнеся несколько слов, Тихомиров подошел ближе к забору и разочарованно взмахнул рукой. Калитка открылась — из нее выходит хозяин дома, 44-летний Олег Хоменко.

Тихомиров не совершает резких движений и не пытается подойти к калитке вплотную. Через три секунды, произнеся несколько слов, Хоменко возвращается во двор и закрывает ее за собой. Как только хозяин дома скрывается, к брюнету в белой футболке энергично подбегает Артемов-старший, хватает его за руку, в которой тот сжимает молоток, и уводит к своему дому. Еще двое мужчин, проводившие вместе с ними время в тот день — Алексей Артемов и Артур Ахматов — судя по видеозаписи, к калитке Хоменко подойти даже не пытаются.

Когда компания скрывается за кадром, Хоменко вновь открывает калитку. Теперь он держит за спиной длинное охотничье ружье. Стоя перед калиткой, он что-то кричит мужчинам и призывно машет рукой. К воротам, не торопясь, подходит Артемов-младший — в руках он держит молоток, отнятый у Тихомирова.

Хоменко выходит за калитку, показывает пальцем на оппонента, после чего мужчина отбрасывает инструмент в сторону. Явно пытаясь уладить конфликт, Артемов-старший вновь появляется в кадре, вцепившись в руку Тихомирова, а затем подходит к калитке Хоменко и решительно закрывает ее снаружи. Его сын, стоя в нескольких метрах от забора, разводит руками. Внезапно Артемов-старший падает, сраженный одним из четырех боевых патронов, которыми Хоменко успел зарядить ружье: картечь проходит сквозь деревянный забор и попадает водителю маршрутки в голову.

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

Выстрел выбивает из забора щепку, она отлетает в лицо Артемову-младшему. Склонившись над убитым, обернувшийся на долю секунды Тихомиров видит, как приятель выплевывает из окровавленного рта зуб, и тоже опускается к лежащему. В этот момент Хоменко выходит за калитку, вслед за ним — его жена Людмила. Увидев труп соседа, она замахивается на мужа. Тот делает несколько шагов в сторону и, не выпуская из рук ружье, достает телефон, пытаясь позвонить кому-то.

Еще через несколько секунд — осознав, что отец скончался, Артемов-младший вскакивает и бросается к Хоменко, но теряет равновесие и падает. Тихомиров пытается удержать приятеля, но тот вырывается и бежит в сторону соседа. Раздается еще один выстрел — заряд картечи попадает молодому человеку в живот. Тихомиров склоняется над ним, Хоменко отходит к своему забору и снова достает телефон. Жена шлепает его по плечу и загоняет на свой участок. Калитка закрывается. Тихомиров, оставшись в одиночестве, бежит в сторону участка Артемовых. Запись прерывается.

В мае 2020 года суд присяжных, посмотрев это видео, освобождает Хоменко и тот возвращается в свой дом на Грушевой.

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

Дискомфорт и самооборона

На записи видно, что Хоменко несколько раз достает телефон, но в скорую первым позвонил не он, а один из соседей. Сам стрелявший позвонил лишь в полицию. Согласно рапорту, случилось это в 17:00, когда оба оппонента уже 20 минут как были мертвы. Позже выжившие свидетели предположат, что первым делом кубанец попытался связаться не с медиками, а со своим адвокатом Игорем Байрачным.

Фельдшеры скорой увидели у калитки дома номер 12 тела погибших. Едва они подошли к трупам, как живущий напротив Хоменко сосед предупредил — убийца еще не ушел со своего двора и может выстрелить и в них. Медики отбежали от тел и спрятались в машине. Через десять минут подъехали бойцы группы быстрого реагирования. Когда они направились в сторону калитки, Хоменко вышел к ним без оружия и сказал, что сдается. На него надели наручники. Вслед за бойцами на место приехал оперативник.

«Я стал расспрашивать Хоменко о том, что случилось. Он мне ответил, что между ним и Артемовыми давно происходили конфликты. В тот день конфликт начался из-за того, что Артемовы громко слушали музыку, что ему не нравилось. После сделанного им замечания Артемовы совместно со своими друзьями пришли к нему и попытались ворваться. Он мне сказал, что даже сделал предупредительный выстрел в воздух, прежде чем стрелять по ним. [Но], осмотрев место происшествия, я нашел всего две гильзы — столько же, сколько он потратил, чтобы выстрелить в Артемовых», — удивлялся полицейский на допросе. Не удалось найти третью гильзу, которая была бы, сделав Хоменко предупредительный выстрел, и при осмотре места происшествия.

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

Когда Хоменко привезли в отдел СК по Анапе, его уже ждал адвокат Байрачный. Через несколько часов консультаций с защитником, находясь в статусе подозреваемого по пункту «а» части 2 статьи 105 УК, стрелявший написал явку с повинной.

В ней он рассказал о своих детях: 14-летней дочери и двух сыновьях восьми и трех лет. Он объяснял, что дочь и младший сын с рождения страдают глухотой, из-за чего им поставили импланты. Конфликт, закончившийся двойным убийством, длился десять лет: Хоменко уверял, что Артемовы постоянно «очень громко слушали музыку», чем доставляли дискомфорт детям-инвалидам и не реагировали на просьбы сделать потише.

В тот день соседи вновь включили громкую музыку — она играла в автомобиле, в котором был установлен сабвуфер. Дети Хоменко в это время играли во дворе.

«Они мне показывали и говорили о том, что им некомфортно, показывая руками на свои головы. Я понимал, что им неприятен громкий звук, поэтому <…> крикнул в сторону Артемовых, чтобы они сделали потише. Спустя пять минут <…> я услышал крики и оскорбления в свой адрес от Виктора и Алексея Артемовых», — утверждал подозреваемый.

Выглянув за забор, Хоменко увидел, как к нему направляется гость Артемовых, сжимающий в руках «кувалду», и хозяев, кричащих, что идут его убивать. Угрозы он воспринял всерьез: побежал домой, открыл сейф, где хранилось ружье, и зарядил его картечью — хотя рядом лежали и резиновые пули, и мелкая дробь. Вернувшись во двор, Хоменко закрыл за собой калитку и, опасаясь, что соседи «вломятся через нее во двор», направил ствол в их сторону.

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

«Затем я услышал удар по калитке […] и от страха случайно нажал на курок ружья. [Выйдя на улицу, я увидел труп Виктора Артемова], понял, что случайно попал в него, и стал звонить в полицию. В это время парень в белой футболке и Алексей Артемов, у которого, как мне показалось, в руке был предмет, похожий на нож, кинулись на меня. Я начал отходить и кричать, чтобы они остановились, но они не остановились. Алексей, подбегая, попытался забрать у меня ружье. Я побоялся, что мужчины завладеют им. Я хотел выстрелить Алексею в ногу, однако после выстрела он сразу упал на землю. Тогда парень в белой футболке очень сильно испугался и склонился над ним, а я зашел в дом и сообщил дежурному, что было применение оружия в порядке самообороны и есть раненые», — говорил подозреваемый. Лишь после этого, уверял Хоменко, он позвонил своему адвокату Байрачному.

Через два дня Хоменко повторил свои показания на допросе: он уточнил, что в момент первого выстрела соседи стояли на расстоянии пяти-семи метров от него и о чем-то спорили, ничем не угрожая.

«Смерть Артемова Алексея, Артемова Виктора наступила от моих действий. [Но] я считаю, что я действовал в условиях необходимой обороны», — настаивал он. В тот же день Анапский районный суд арестовал мужчину.

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

Против всех

Хоменко родился в Черниговском районе Украинской ССР. Отслужив в армии, получил специальность судового электрика и десять лет проработал на флоте. После этого официальной работы Хоменко уже не имел — зарабатывал на жизнь сторожем и «мастером на час». Родственники погибших считают, что соседи жили на пособия детей-инвалидов, а на работу ни Хоменко, ни его супруга никогда не ходили.

В начале 2000-х Хоменко развелся. Двое сыновей остались жить с бывшей супругой — один из них, недовольный тем, что отец не принимал участия в его жизни, позже даже сменил фамилию. Вместе с новой женой Олег переехал в Супсех на улицу Грушовую.

Наискосок от его участка живет Ирина Акулова — родственница Виктора Артемова. Поначалу отношения между семьями были нормальными, вспоминала она: соседи помогали друг другу, сама Акулова даже сидела с детьми Хоменко, когда у того не было времени.

Но через некоторое начались конфликты: по словам Акуловой, она предложила Хоменко подключиться к ее электросети, за это он должен был скинуться на насос и дать доступ к скважине, которая была на его участке. У насоса было лишь одно отверстие для шланга, и соседям приходилось поливать огород в разное время. Чтобы подключить свой шланг, Акуловой нужно было заходить на участок Хоменко. Женщина уверяет, что тот стал жаловаться на беспорядок, который остается после таких визитов — хотя она подчеркивает, что поводы для скандалов были надуманными.

«Когда вокруг стали строиться и заселяться другие люди, он начал конфликтовать и с ними тоже, — уверяла Акулова на допросе. — Он постоянно кидал соседям во двор камни, помидоры, яйца, многие другие предметы, когда ему что-то не нравилось. Всем соседям, у кого хотя бы иногда во дворе могла играть музыка в дневное время, он делал замечания, которые всегда перерастали в скандалы. [Когда у них с Агафоновой появились дети, он] стал использовать их инвалидность в качестве предлога для конфликта. […] Он не любил людей, относящихся к национальным меньшинствам, постоянно высказываясь по поводу лиц кавказских национальностей и других, не относящихся к славянам. [Возможно, это произошло потому, что] его первая жена после развода стала сожительствовать с татарином. Также он пытался ухаживать за моей дочерью, но она всячески его сторонилась, а впоследствии стала встречаться с греком».

Фельдшер, приехавшая на место убийства первой, на допросе вспоминала разговоры соседей: «Я слышала, что между Хоменко и Артемовыми часто происходили конфликты, но по какой причине, никто не уточнял. Говорили, что Хоменко уже всех достал, что он был очень конфликтным человеком и постоянно ругался».

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

Следователь Мугдин Хуаде, которому досталось дело, опросил практически всех жителей улицы Грушовой и даже нескольких жителей соседних переулков. Почти у каждого из них нашлась история, характеризующего Хоменко как человека склочного, провоцирующего скандалы на ровном месте и не останавливающегося ни перед чем ради того, чтобы доказать собственную правоту.

Одна соседка рассказывала, что Хоменко «травил домашних животных соседей, закидывал их камнями и мучил», а июльским утром в 2009 году, когда женщина играла свадьбу, пришел к ней во двор, стал угрожать, ругаться и самостоятельно выключил звучавшую из колонок музыку, пояснив: «Если хотите здесь жить, то будете жить по моим правилам!».

Между участками Артемовых и Хоменко живет Елена Матусьян. Она тоже вспоминала, что сосед бросал на чужие участки камни, овощи, яйца и другие предметы. Некоторые из жителей Грушовой даже были вынуждены съехать.

«Хоменко ругался со всеми соседями, вел себя агрессивно по отношению к ним, и мы с мужем решили с ним больше не общаться. [При этом] музыка, которую периодически слушали Артемовы, громко никогда не играла — достаточно было прикрыть окно, чтобы ее не слышать, и это при том, что мы живем на соседнем участке от них, а Хоменко — через участок», — вспоминала она.

Хоменко бесили не только нерусские, музыка, животные, но и дети, запах шашлыков, шум автомобилей и громкие разговоры, рассказывали опрошенные жители поселка. «Он постоянно делал замечания своим соседям на бытовые темы, так как ему не нравилось то, как они живут. Он постоянно говорил им, что они какие-то конкретные вещи делают неправильно, и он считал, что все должно быть так, как он считает правильным», — объяснял на допросе работавший в поселке участковый.

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

«Либо он вас, либо вы его»

Противостояние между Хоменко и соседями не могло не вылиться в жалобы в полицию. «Заявления и жалобы, которые поступали к нам в отдел от Хоменко в отношении соседей, носили временный характер — в основном они появлялись весной и осенью. Причем долгое время жалобы могли не поступать, а затем он вдруг мог начать жаловаться и делать это на протяжении нескольких недель. [Я замечал, что] он мог преподносить жалобы и заявления на один и тот же факт неоднократно, даже несмотря на то, что вопрос ранее уже был решен», — вспоминал участковый.

Так, весной 2009 года участковому пришлось провести проверку по заявлению Хоменко об угрозе убийством: он утверждал, что муж Ирины Акуловой Сергей «стал выражаться в его адрес нецензурной бранью, поясняя, что тот оскорбил его жену, а за это он ему отобьет голову».

Конфликт начался, когда Ирина Акулова, приехав к дому, несколько раз нажала на клаксон. Хоменко попросил перестать сигналить. По версии заявителя, он сделал это «в корректной форме», соседи говорили, что мужчина ругался матом — но угроза «открутить голову» действительно была. Полицейский отказал в возбуждении уголовного дела.

Спустя месяц глубокой ночью жена Хоменко вновь позвонила в полицию — и на Виктора Артемова составили административный протокол по статье административного кодекса Кубани о нарушении покоя граждан.

Подавал заявления в полицию и Артемов-старший. Так, в один из дней в 2016 году он сидел дома, когда кто-то выбил ему окно. Мужчин обратился в полицию и указал, что подозревает Хоменко. Тот вину не признал, а допрашивать кого-либо еще участковый не стал и отказал в возбуждении дела. Уже после гибели Артемова-старшего один из жителей окрестных домов вспомнил, что видел, как Хоменко кинул камень в окно соседу.

В тот же год заявление написал еще один житель поселка, 46-летний Виталий Бушняк: тот рассказал, что видел, как с участка Хоменко выбежала черная собака, которая через несколько секунд скончалась. Бушняк попытался узнать у соседа причину ее смерти, но в ответ услышал в свой адрес отборный мат. Тогда Бушняк попытался привлечь Хоменко к ответственности за оскорбление и отравление собаки, а ответчик, в свою очередь, подал заявление о клевете. Во всех случаях дознаватель ответил отказом в возбуждении дела.

Заявления о том, что Хоменко бросает на его участок камни, Виктор Артемов подавал несколько раз, но они ни к чему не привели: сосед говорил, что никакого конфликта между ними нет, булыжниками он не бросается, а полиция удовлетворялась проведением профилактической беседы «о достойном поведении в быту и обществе».

Единственный конфликт с недовольным соседом, заявление о котором дошло до суда, состоялся 13 ноября 2017 года. Как рассказывал Хоменко дознавателю, тем вечером он прогуливался вместе с детьми по Грушовой, когда навстречу ему на огромной скорости помчалась «Лада Самара», за рулем которой был Бушняк. Возмущенный отец вытянул руку в сторону дороги, чтобы привлечь внимание водителя и заставить его снизить скорость. Бушняк затормозил, вышел из машины и напал на Хоменко. К драке, утверждал заявитель, присоединился Виктор Артемов — несколько раз ударил его по голове черенком от лопаты. Хоменко снял побои: у него зафиксировали сотрясение мозга, ушиб тканей скуловой кости и кровоподтеки.

Бушняк описывал эту историю иначе: он с нормальной скоростью ехал домой с детьми. Пьяный Хоменко стукнул по крыше машины. Водитель остановился и вышел, после чего получил кулаком в голову. Мужчина попытался скрыться за автомобилем, но Хоменко догнал его и ударил еще несколько раз. Когда, наконец, Бушняку удалось сесть в автомобиль и закрыть окна, из своего дома выбежал Виктор Артемов с сыном и поколотил Хоменко черенком от лопаты. Что на этот раз первым напал Хоменко, говорили и другие соседи, наблюдавшие за инцидентом.

Именно тогда Хоменко и нанял адвоката Байрачного. Дело, возбужденное по пункту «в» части 2 статьи 115 УК, отправилось в суд. Артемов-старший вину в избиении Хоменко признал; ему назначили исправительные работы, а позже суд частично удовлетворил исковое заявление потерпевшего и взыскал с мужчины 30 тысяч рублей. До своей смерти Виктор Артемов их так и не выплатил.

По словам вдовы Артемова-младшего Валерии, последний конфликт с Хоменко произошел за месяц до убийства. «Мы также чинили машину и завели двигатель во дворе. К нам прилетел камень, а у меня дети во дворе гуляли, прям перед ребенком пролетел булыжник. Мы хотели пойти к нему, все сказать, а я говорю: «Не надо, давайте вызовем участкового». Мы вызвали — участковый сказал: «Ну, нет тела — нет дела. Либо он вас, либо вы его». Вот последние слова участкового», — вспоминает она.

Четверо пьяных агрессивных мужчин, заточка, пистолет и граната

Приговор по статье о побоях Хоменко упоминал и в своей явке с повинной. «Я опасался нападения на меня и мою семью, так как ранее меня уже избивал Виктор Артемов, за что [он] и был осужден, [поэтому] я направился в дом, [достал ружье] и зарядил его [боевыми патронами]», — писал он. В дальнейшем эту мысль он повторял на каждом допросе и не отклонялся от выбранной линии защиты.

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

Следователь Хуаде попытался опровергнуть эту линию, собирая доказательства, что Хоменко действовал умышленно. Он подробно осмотрел оружейный сейф и обнаружил там не только картечь, но и резиновые пули, а также мелкую дробь с маркировкой на коробках — то есть обвиняемый мог выбрать, чем стрелять. На вопрос, почему он не зарядил ружье боеприпасами, выстрелы которыми не привели бы к гибели соседей, Хоменко ответил: «Я забыл, что покупал травматические патроны, и в тот момент я находился в состоянии сильного стресса».

«При охоте картечь применяется для того, чтобы с первого выстрела поразить цель и убить ее. При охоте на крупную дичь картечь используется первым патроном для того, чтобы произвести выстрел с большой дистанции, не спугнуть цель и сразу убить ее», — комментировал позже выбор Хоменко допрошенный следователем специалист-охотовед.

Несколько свидетелей вспомнили, что после конфликтов с Артемовыми Хоменко и раньше расхаживал по поселку с ружьем в руках. На допросе его жена сообщила следователю, что ружье супруг приобрел, чтобы «ходить на охоту, стрелять по тарелочкам». На том же настаивал и сам обвиняемый. Но никто из десятков свидетелей, даже из числа друзей Хоменко, не припомнил, чтобы тот увлекался охотой или хотя бы раз говорил о ней.

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

Через полгода после начала расследования Хоменко сменил адвоката — теперь им стала Елена Журавлева — и несколько расширил свои показания. Он стал настаивать на том, что погибшие отец, сын и их приятели были с виду очень пьяны, кричали соседу, чтобы тот возвращался в Украину; при этом у Артемова-младшего в руке была заточка, у Ахматова — пистолет, а Тихомиров, стоя за забором обвиняемого, якобы предлагал бросить ему во двор гранату.

Следователь попытался проверить и эту версию, однако зарегистрированного на кого-либо из оппонентов Хоменко в базах данных оружия не нашлось, отвертки и пистолеты в руках у них на видеозаписи не обнаружились, а никто из свидетелей не подтвердил, что мужчины угрожали соседу.

Но обвиняемый не менял свою риторику до конца следственных действий. «Я хотел предотвратить нападение на меня и мою семью со стороны четырех взрослых, физически крепких, агрессивно настроенных мужчин, находящихся в состоянии алкогольного опьянения и проявлявших резкую агрессию и угрозу убийством в мой адрес, а также оскорблявших меня по национальному признаку», — говорил он на одном из последних допросов.

Наконец, Хуаде разобрался и в аргументе обвиняемого о том, что Артемовы постоянно провоцировали его, доставляя его детям-инвалидам дискомфорт громкой музыкой. Для этого он допросил врача-сурдолога, у которой с 2006 года наблюдались дети Хоменко.

Она рассказала, что по направлению врача старшей дочери Хоменко поставили кохлеарный имплант еще в 2007 году, а второму ребенку с инвалидностью, младшему сыну — в 2016-м. Врач объяснила, что при установке устройства настроили так, чтобы урезать все звуки громче установленного максимума — дети Хоменко не могли слышать не только слишком громкую музыку, но даже рев двигателя самолета, если бы стояли рядом с ним.

Отец детей «постоянно оставался чем-то недоволен», жаловалась врач: после установки импланта у старшей дочки начался не связанный с операцией гнойный отит, Хоменко стал угрожать, что «уволит кого-то из руководства больницы, а может даже и посадит».

В деле приводилось и мнение профессора кафедры ЛОР-болезней КубМГУ Ларисы Лазаревой. По ее словам, дискомфорт с такими устройствами могут доставлять только очень громкие звуки: двигателя самолета при разгоне, отбойного молотка в процессе работы или вращения лопастей вертолета при взлете. Она отмечала, что у имплантов есть кнопка выключения: при нажатии на нее пациент просто перестает слышать.

Освобождение

Хоменко попросил о суде присяжных. Его начали судить в январе 2020-го года в Краснодарском краевом суде. Председательствующим стал судья Георгий Поддубный, обвинение представляла прокурор Светлана Некос. Хоменко, помимо адвоката Журавлевой, представляла Ирина Сазонова. Чтобы гарантированно наказать убийцу мужа, Валерия Артемова наняла адвоката Максима Синяпко.

Для вынесения решения присяжным понадобилось 11 заседаний. На занимающий целую страницу вопросного листа вопрос номер два, присяжные ответили «нет» единогласно. Так же они ответили и на следующий вопрос — о том, доказано ли, что Хоменко, убив Артемова-старшего, вышел из калитки с ружьем в руках, увидел, как к нему подбежал Артемов-младший, пытающийся выхватить ружье, и, «исходя из сложившихся враждебных отношений, желая причинить смерть», выстрелил и в него.

Отвечая на дополнительный вопрос, заседатели опять же единогласно сочли доказанным, что Хоменко выстрелил в обоих мужчин, «испугавшись за своих близких членов семьи и переоценив исходящую от пришедших угрозу, желая защититься». На вопрос, заслуживает ли Хоменко снисхождения, присяжные также ответили утвердительно.

14 мая судья Поддубный на основании вердикта присяжных провозгласил приговор: он переквалифицировал действия подсудимого на часть 1 статьи 108 УК и назначил Хоменко наказание в виде исправительных работ сроком на два года, освободив подсудимого из-под стражи.

«Это какой-то сюрреализм, что человеку, который убил двоих, не дали даже в зону попасть. […] У снохи осталось трое маленьких детей. Они бегают по улице, визжат, кричат, им рты не закроешь. Это все вернется обратно, это все будет точно так же. Все соседи [на суде] говорили [о том, какой Хоменко], и тут вдруг присяжные, люди, которые тут ни дня не жили, которые не знают ситуацию, решают, что он не виновен», — говорила после приговора местному телеканалу родственница Артемовых Ирина Акулова.

«У меня есть, как у христианина, сожаление, что так все получилось. Я сожалею, мне жалко этих людей, но они пострадали во время совершения своего преступления. Я сожалею, но моя совесть чиста, я никого не убивал. Я лично — никого не убивал. Я даже в них ни в кого не выстрелил. Они просто пострадали, вот трагическое совпадение, такое трагическое было совпадение», — парировал сам Хоменко, которого анапские журналисты поймали у собственного дома на Грушовой, куда тот вернулся после освобождения.

В глухой самообороне. Как кубанские присяжные оправдали двойное убийство на черноморском курорте

После оглашения приговора Валерия Артемова поссорилась со своим адвокатом Синяпко — тот, по ее мнению, сработал непрофессионально. «Его действия никакие не привели к результату. На суде были соседи все, говорили тоже, что на следствии, их было много — про то, какой он человек, Хоменко. Но нам никому, видите ли, не поверили, а поверили ему — при том, что его не было на суде, его удалили с первого заседания за то, что он выкрикивал с места и гадости всем говорил, перебивал, когда допрашивали», — возмущалась вдова.

Знакомый с ситуацией источник «Медиазоны» уверен: освобождение Хоменко стало возможным, потому что защита смогла выставить его жертвой, прежде всего благодаря приговору по статье о побоях, ранее вынесенном в отношении Артемова-старшего.

«Простой обыватель не стал обращать внимание на то, что у Хоменко было множество материалов проверок в полицию по факту порчи имущества и прочего, — говорит собеседник «Медиазоны». — Не учли присяжные и доводы соседей о том, что Хоменко сам был вечным инициатором конфликтов, и показания одной из них о том, что она видела, как после одного из них Хоменко шел с ружьем. Присяжным стало его жалко, потому что он давил на то, что ему угрожала опасность, а он — отец троих детей, двое из которых инвалиды, и они останутся без отца. Хотя дети Артемовых тоже остались без отца и деда».

После приговора Хоменко вернулся в свой дом на Грушовой, где через два забора живет овдовевшая Валерия Артемова.

«Он сейчас ходит тут, пальцы веером — как и раньше, говорит всем гадости. Но нам больше жить негде, поэтому мы живем там, со страхом, но живем. Закрываем двери, боимся на улицу детей выпускать, пока он ездит тут на велосипеде и говорит, что он никого не убивал, что они сами себя убили», — говорит она. — «Этого приговора просто не может быть. Я понимаю, если бы все было только с наших слов, но тут ведь есть видео, есть показания соседей, которые тут живут и которые также его боятся, которые знают, какой он. Но присяжные решили иначе, и теперь все на Грушовой просто живут за закрытыми воротами».

Приговор Хоменко оспорили и потерпевшие, и прокуратура.

Редактор: Дмитрий Трещанин

Обновлено 17:50. 15 сентября, уже после публикации текста «Медиазоны», в апелляционной инстанции Краснодарского краевого суда завершилось третье заседание по жалобам на приговор Хоменко. Ни на одно из них обвиняемый не явился; его адвокаты объясняли, что не могут связаться с ним. На этом заседании суд отменил вынесенный присяжными приговор и отправил дело на новое рассмотрение в тот же Краснодарский краевой суд. Дата нового рассмотрения пока не назначена. 



Источник

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Последние новости