08.05.2021

В 2020 году с чиновников взыскали незадекларированные 34,6 млн рублей. Объясняем, почему это очень мало


Если чиновника поймали на коррупционном преступлении (взяточничестве, растрате и других), то будут судить по одной или нескольким статьям Уголовного кодекса, при этом возможна конфискация имущества. Но с 2012 года лишиться недвижимости, денег и прочих богатств чиновник может даже не будучи уличённым в преступлениях — если он не в силах подтвердить приобретения на официальные доходы.

«Открытые медиа» изучили статистику Судебного департамента при Верховном суде, чтобы понять, насколько интенсивно ведётся борьба с незадекларированным имуществом.

Федеральный закон № 230 «О контроле за соответствием расходов лиц, замещающих государственные должности, и иных лиц их доходам» даёт прокурорам право обращаться в суд, чтобы забрать в доход государства имущество чиновника, если его стоимость превышает официальный доход семьи за предыдущие три года. Уголовное дело при этом не возбуждается, взыскание проходит в порядке гражданского процесса.

В 2020 году российские суды рассмотрели 167 исков прокуроров о передаче в казну имущества чиновников на 519 млн рублей. Удовлетворили 157 исков, но при этом общая сумма обращённых к взысканию средств составила всего 34,6 млн рублей. Речь идёт именно об имуществе, законность приобретения которого чиновники не смогли подтвердить ранее задекларированными доходами.

Годом ранее суды рассмотрели 112 похожих исков к чиновникам на сумму около 15 млрд рублей, удовлетворили 101, но сумма удовлетворённых требований составила только 32,1 млн рублей.

Первые иски по 230-ФЗ прокуратура начала направлять в суды только в 2015 году, суммы, взысканные в 2015—2018 годы, были ещё ниже, чем в 2019—2020.

Но если ориентироваться на данные Генпрокуратуры, то счёт изымаемому по 230-ФЗ имуществу должен идти на миллиарды. По итогам 2020 года Генпрокурор Игорь Краснов отчитался о взыскании неподтверждённых доходов и имущества чиновников на 74 млрд рублей, за 2019-й — на 21 млрд.

Например, в сентябре 2020-го Ленинский районный суд Ульяновска изъял в пользу государства имущество бывшего главы Республики Марий Эл Леонида Маркелова на сумму 374,8 млн рублей. А в октябре Гагаринский суд Москвы обратил в доход государства 32,5 млрд рублей, принадлежавшие бывшему министру по делам Открытого правительства Михаилу Абызову.

Чаще всего с имущественными претензиями по 230-ФЗ сталкиваются опальные чиновники — в дополнение к возбуждённым против них уголовным делам. Так, в разные годы по искам прокуратуры лишились недвижимости и активов бывший губернатор Сахалинской области Александр Хорошавин, экс-глава Кировской области Никита Белых, экс-глава Серпуховского района Александр Шестун, бывший губернатор Пензенской области Иван Морозов, экс-губернатор Хабаровского края Сергей Фургал.

Информацию о взысканных в пользу государства деньгах суды точно не прячут, они о ней отчитываются с гордостью, уверена адвокат Валерия Туникова, она защищает экс-полковника МВД Дмитрия Захарченко. Например, отмечает она, на главной странице Никулинского суда до сих пор висит новость об изъятии по иску Генпрокуратуры имущества и денег у членов семьи Захарченко и его знакомых, хотя с тех пор уже два года прошло.

По мнению гендиректора «Трансперенси Интернешнл — Россия» Ильи Шуманова, списать расхождения в цифрах на разницу между кадастровой и рыночной стоимостью имущества невозможно — в последние годы они почти сравнялись, за этим внимательно следит ФНС. Скорее, проблема — в отсутствии единого учёта. Он отмечает, что данные об изъятом имуществе никак не отражены на портале правовой статистики Генпрокуратуры; каждое ведомство ведёт собственный учёт и эти данные никак не синхронизируются.

«Открытые медиа» обратились с запросами в Генпрокуратуру и Судебный департамент с просьбой разъяснить, как именно ведётся подсчёт и оценка изъятого у чиновников имущества.



Источник

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *