"Они не хотят до конца ссориться с Россией". Сможет ли Болгария доказать причастность ГРУ к взрывам на складах с оружием



Прокуратура Болгарии объявила, что подозревает шестерых граждан России во взрывах на складах с оружием, которые произошли в 2010-2020 годах. Целью атак могли быть боеприпасы, предназначенные в том числе для поставки в Грузию и Украину, которые перевозил болгарский торговец оружием Емельян Гебрев.

Христо Грозев, руководитель отдела расследований издания Bellingcat, рассказал Настоящему Времени о новых подробностях взрывов в Болгарии, какое оружие там хранилось и почему Гебрев обвиняет власти Болгарии и Чехии в бездействии.

– Вы сегодня в твиттере написали, что болгарская прокуратура может пролить свет на те события. Вы и сами занимались этим расследованием, что нового вы узнали из их заявления?

– Узнали довольно много нового. Мы узнали, например, важный факт, 30 мая 2015 года для нас было довольно важной датой, но не понимали почему. Почему было важной? Потому что трое людей, которые месяц до этого были в Болгарии во время отравления Емельяна Гебрева, потом месяцем позже также были в Болгарии при его втором отравлении и остались на несколько дней после этого. Непонятно было, зачем отравителям оставаться после отравления. Он отравился, кажется, 26 мая во второй раз, а они улетели 30 мая.

Вот оказывается, что 30 мая случилось что-то очень важное, а именно: все собранные вещдоки по первым двум взрывам 2015 года в ВМЗ «Сопот», которые были собраны в спецлаборатории Министерства внутренних дел Софии, сгорели. Потому что там был не объясненный до сих пор пожар. Это добавляет очень важную часть картины, потому что, видимо, эти люди, которые вылетели через несколько после этого пожара через Сербию, кстати, на машине туда доехали, очень вероятно, что занимались уничтожением улик по первым двум преступлениям. Это одна из новых вещей.

Второе, что для нас не было очевидно, что при всех этих взрывах, они назвали четыре, которые с высокой долей вероятности связаны с группой ГРУ, при всех был один и тот же прием: сначала был пожар на этих складах, который должен был довести до того, что люди оттуда сбежали, а потом кто-то устанавливал взрывные устройства, которые детонировали издалека, через дистанционное управление.

Так что вот это тоже новая часть, которая дает нам понимание не только того, как случились эти взрывы в Болгарии, но как, скорее всего, они были [организованы] в Чехии. Потому что там тоже было не до конца понятно, как они могли находиться в Вене за полчаса до того, как взрыв пошел. Видимо, это все было дистанционно сделано.

– Сегодня компания ЕМКО, ее заявление распространяют сейчас российские СМИ, впрочем, на сайте мы пока этого заявления не видели, но тем не менее не могу его не процитировать. Компания говорит: «Возникает вопрос, почему прокуратура пытается ввести в заблуждение болгарскую и международную общественность неверными фактами? Что делала все эти годы прокуратура, расследуя эти взрывы? Почему снова говорит об ЕМКО вместо того, чтобы искать истинные причины и виновных в этих террористических актах?» Все-таки Гебрев обвиняет сейчас в том числе и Чехию, и Болгарию. Почему?

– Знаете, здесь все из этих трех игроков: Чехия, Болгария и Гебрев – играют свою собственную игру и имеют свой интерес. Но это не должно нас отвлекать от целостной картины. Чехия не хочет, чтобы эта вся террористическая операция была направлена против Чехии, потому что это ограничивает их политические возможности маневрировать. То есть они могут потом договориться о чем-то с Кремлем, если сразу сейчас будет доказано, что это направлено на чешские интересы.

Поэтому они пытаются преувеличить и как-то утрировать роль ЕМКО в этих двух складах, которые были взорваны. Потому что реально инвентаря ЕМКО, болгарской компании, там было не больше 25%. Они же не взорвали бы все только из-за этих 25%.

Болгарская прокуратура имеет свою собственную борьбу против Гебрева по разным причинам, которые можно назвать тоже политическими, но они не очень любят Гебрева. Поэтому сейчас, исходя из той же причины, что они не хотят до конца ссориться с Россией, они как-то делают Гебрева первым и последним в этой игре.

Гебреву все это не нравится, и он хочет сказать: «Не только мы поставляли оружие Украине, многие другие фирмы – и чешские, и болгарские – тоже поставляли оружие Украине». Так что вот почему получается этот разнобой, и он используется как-то очень умело российской пропагандой, говоря: «Вот видите, они сами не могут разобраться».

– Да, собственно, российские государственные СМИ это заявление сейчас и цитируют. Христо, в этих случаях боеприпасы, которые предназначались для экспорта либо в Украину, либо в Грузию, что это были за боеприпасы, вы можете рассказать?

– Да, почти все они были реактивными или пассивными снарядами для старого советского вооружения, которое очень востребовано в основном именно в Украине, но то же самое было и сразу после войны в Грузии. Немногие европейские производители имеют ноу-хау, как делать апгрейд старых снарядов в новые, чтобы они реально работали и взрывались не на месте, где стреляется, а там, куда стреляют. Вот ЕМКО – одна из этих компаний. Тем более, как в вашем репортаже было правильно сказано, ЕМКО еще в 2009 году начала выкупать все старые снаряды и делать им апгрейд. Поэтому у них накопилось очень большое количество такого снаряжения.

Другие производители в Болгарии – государственное предприятие «Арсенал» и ВМЗ «Сопот» – продолжили производить новые такие боеприпасы, поэтому на этих складах в Болгарии были как боеприпасы ЕМКО, которые они выкупили раньше и делали им апгрейд, так и новые боеприпасы, которые Болгария производила. Они все годились именно для бывших советских государств и их армий: Украина и Грузия.

– Сегодня на пресс-конференции глава МИД России Сергей Лавров заявил, что ЕС должен озаботиться тем, что продажей оружия занимается частное лицо. Он также говорит о международных обязательствах. Христо, что вы можете сказать об этом заявлении? И было ли там это оружие, как говорит Лавров, которое регламентируется некими международными документами?

– Вы слышали, что он сказал? «Какие-то СМИ когда-то сказали, что-то упомянули, где-то было сказано». Вы представьте себе, если бы это было в реальности, ГРУ разве бы не имело доказательств? И Лавров сегодня бы не показал это и давно не показал бы это? Это, к сожалению, очень типичная очевидная форма пропаганды российской дипломатии, когда говорится такими словами, которые нельзя ни доказать, ни опровергнуть.

С другой стороны, вот факты, они налицо. Есть факты, что группа из восьми [человек] – а, может быть, и больше, мы нашли восемь – с фальшивыми паспортами приезжают в Болгарию, приезжают в Чехию, люди почти умирают во время их приезда. Видим одного из них, который в гараже что-то делает с машиной господина Гебрева, мы видим, что они бывают в Болгарии под фальшивыми именами в дни, когда там [случаются] пожары. И все это только связано с военной индустрией Болгарии и Чехии, но здесь нужно Кремлю дать невинное объяснение присутствия своих агентов в Болгарии больше, чем болгарам объяснять, почему они невиновны.

– Говоря об оружии, которое поставлялось в Украину или в Грузию, противопехотные мины там были, по вашим данным?

– Нет, по нашим данным, таких не было. Все, что мы видим, – это абсолютно законные по болгарским законам, по европейским законам законные поставки. Мы не видим доказательства, в New York Times было написано о том, что Гебрев вроде через третью страну делал экспорт в Украину. Понимаете, мы видели контракты, официально и напрямую он делает экспорт – то есть это уже вводит его в игру. Зачем ему еще кроме этого делать серый экспорт через третью страну, когда уже доказано будет, что он делает экспорт в Украину? Мы видим законные по европейским законам договоры и оружие.



Источник

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *