01.10.2020

Пять лет в общежитии для беженцев: семья сирийцев о жизни в Германии


«Папа, не будь смешным!» Слушая, как восторженно 44-летний Мохаммад Джафар отзывается о немецкой поп-музыке, его дочери — одиннадцатилетняя Рема и 12-летняя Рошен — закатывают глаза. «Но что же мне делать, если я просто без ума от песни Нены (Nena) «99 воздушных шаров»?» — усмехается мужчина. Девочки, однако, не разделяют музыкальных предпочтений своего отца: они танцуют под хиты англоязычных исполнителей.

Когда Мохаммад приехал в Берлин в 2015 году, он не понимал из песен Нены ни одного слова. Вместе со своей женой Рокой и дочерьми Рошен и Ремой он бежал в Европу из охваченного войной Алеппо — через Средиземное море, по так называемому «балканскому маршруту». «Мы хотели, чтобы наши дети могли жить в безопасности», — рассказывает мужчина. В 2015 году в Германии в общей сложности запросили убежище около миллиона человек.

Дом, машина и младший брат

В первый раз DW побывала в гостях у семьи Джафар в 2016 году. Рошен, которой в то время было восемь лет, говорила, что в Германии ей нравится абсолютно все: девочка уже тогда бегло говорила по немецки и могла переводить для своих родителей. В тот раз Рошен обратились к канцлеру ФРГ Ангеле Меркель (Angela Merkel) с такими словами: «Госпожа Меркель, я хочу, чтобы мои родители ходили в школу, чтобы у нас был дом и машина, и чтобы они нашли работу… А еще — чтобы у нас (с сестрой — Ред.) был брат».

За четыре года в жизни семьи многое изменилось. Рошен хорошо учится. Ее любимый предмет — математика, и она хочет стать врачом, когда вырастет. Мечта девочки о младшем брате тоже сбылась — в 2017 году на свет появился Ричард, а спустя еще два года — сестренка Матильда. Ричард уже ходит в детский сад, а Матильда ожидает своей очереди. «Они тоже должны как можно быстрее выучить язык», — говорит Мохаммад. Ради детей Мохаммад и Рока даже дома решили говорить по-немецки.

Рошен с младшим братом Ричардом

Рошен с младшим братом Ричардом

40 квадратных метров на шестерых

Спустя пять лет после прибытия в Германию семья Джафар по-прежнему живет в общежитии для беженцев. Здесь им выделено 40 квадратных метров — слишком мало для шести человек. В помещении нет места для обеденного стола, стульев или дивана. Старшие дети делают уроки на полу, когда младшие спят. Однако все члены семьи стараются уступать друг другу, ведь у них нет другого выбора: возвращение в Сирию — не вариант.

Самое сложное — это ужиться с остальными тремя сотнями беженцев, живущими в общежитии, рассказывают сирийцы. Здесь нельзя оставлять вещи без присмотра — их могут украсть или испортить. Шумные соседи зачастую не дают детям спать по ночам. «Это просто невыносимо. Многие не умеют себя вести», — говорит Рема. «Бывают дни, когда я с большим удовольствием ночевала бы на улице «, — вторит сестре Рошен. Поиски отдельной квартиры пока не увенчались успехом. «Кто захочет сдать квартиру безработному беженцу с четырьмя детьми?» — сетует Мохаммад.

Семья Джафар в общежитии для беженцев в Берлине, 2016 год

Семья Джафар в общежитии для беженцев в Берлине, 2016 год

«Иностранцы — вон!»

При этом в 2019 году дела у мужчины шли лучше: Мохаммед окончил курсы немецкого языка и устроился на работу в строительную компанию. «Я был на седьмом небе от счастья. Это стало большим событием — первая работа в Германии,» — вспоминает Мохаммед, по профессии — сантехник.

Однако всего через четыре месяца, еще во время испытательного срока, мужчина заболел гепатитом B и его уволили. С января 2020 года Мохаммад переучивается на водителя автобуса. Ему пообещали, что по окончании курсов он получит работу, но первый неудачный опыт существенно поколебал уверенность мужчины в завтрашнем дне.

Мохаммад на стройплощадке, 2019 год

Мохаммад на стройплощадке, 2019 год

Вдобавок ко всему, сирийцы регулярно сталкиваются с открытыми проявлениями ксенофобии.Недавно в трамвае на Року накинулась пожилая женщина со словами, что мигрантам в Германии не место и ей следует вернуться туда, откуда она приехала. Это было унизительно, и Рока отвернулась. Никто из пассажиров за нее не заступился.

А однажды перед входом в их общежитие прошла акция правых радикалов. Собравшиеся держали в руках плакаты, на которых было написано: «Иностранцы — вон!». Вход в здание была вынуждена охранять полиция, и беженцы очень испугались.

«Мы не знаем, выдворят ли нас из страны»

Однако, несмотря на все невзгоды, Мохаммад по-прежнему смотрит в будущее с оптимизмом: «У детей все складывается очень хорошо», — подчеркивает он. Рошен подружилась со своими одноклассниками, а Рема хочет стать старостой класса. В свою очередь Рока осенью снова пойдет на курсы немецкого, а самого Мохаммада приняли в местный бильярдный клуб. «Я так хорошо играю, что меня освободили от уплаты членских взносов», — говорит он.

Итак, можно ли сказать, что семье Джафар удалось «справиться» с трудностями, как в 2015 году выразилась канцлер ФРГ Ангела Меркель, и обжиться в Германии? ? Мохаммад пожимает плечами и переводит взгляд на жену. Оба молчат. Власти ФРГ только что продлили им разрешение на пребывание в стране еще на два года, но в то же время забрали у них паспорта беженцев. Никто не объяснил супругам, что это означает.

Наконец Рока прерывает молчание. «Мы обжились в лучшем случае наполовину. Нашу жизнь сильно осложняет ситуация с жильем. Но хуже всего то, что мы до сих пор не знаем, не выдворят ли нас в один прекрасный день из страны. Мохаммаду из-за этого снятся кошмары. Мы сможем сказать, что обжились в Германии, только когда нам позволят остаться здесь навсегда», — на ее глаза наворачиваются слезы. Чтобы всегда сохранять оптимизм, нужно много сил.

Смотрите также:





Источник

Поделиться

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Последние новости