В Центре «Зотов» организовали выставку, посвященную 150-летию Всеволода Мейерхольда, известного советского режиссера, который создал свой уникальный театральный мир и противостоял системе Станиславского. «МК» выяснил, как за два коротких года Мейерхольд оказался на передовой театральной реформы.
Выставочное пространство заняло форму двух колец, окружающих центральную «шайбу», создавая эффект путешествия во времени для посетителей. Такой круговой дизайн не только соответствует архитектуре «Зотова», но и имеет особое значение для самого режиссера.
Это «шайба» позволяет зрителям проследить важнейшие этапы жизни Мейерхольда, начиная с его рождения в 1874 году и заканчивая смертью в 1940 году. Выставка акцентирует внимание на конструктивистском периоде его карьеры, хотя жизнь режиссера была значительно разнообразнее, и каждая веха заслуживала отдельного признания. Мейерхольд сам говорил своему секретарю: «Я неуязвим для критики, потому что я слишком быстро движусь».
Малое кольцо фокусируется на 1922-1924 годах, когда Мейерхольд увлекся конструктивизмом и биомеханикой. Эта выставка отражает те революционные изменения, происходящие в обществе того времени с появлением нового государственного строя и технологий. «Старый» театр с его системой Станиславского казался ему устаревшим. Вместо этого, Мейерхольд предложил новую методику, сосредоточивая внимание на физической реакции актера на события, что он назвал биомеханикой. В отличие от подхода Станиславского, предполагающего внутренние эмоции, Мейерхольд пошел от внешнего — через физическое действие к психологии. Его концепция свободы творчества основывалась на глубоком понимании возможностей тела актера. По сути, биомеханика включает в себя упражнения, которые помогают артисту максимально полно выполнять задачи на сцене и усиливать воздействие на зрителя. Мейерхольд даже мечтал о внедрении этих методов в разные сферы жизни, включая заводы и армию, чтобы новый советский человек действовал более эффективно. В «маленьком кольце» выставки представлены примеры такой биомеханики в актерской практике.

Большое кольцо ведет зрителей через историю конструктивистского театра Мейерхольда, отражая его идеи в пяти спектаклях.
— Музеефицировать театр невозможно, — отмечает научный консультант выставки Вадим Щербаков. — От театра остаются лишь разрозненные следы, и чтобы представить спектакль, нужно много фантазии. Мы постарались создать правильные толчки для воображения зрителей.
«Великодушный рогоносец» считается ярким примером конструктивистского театра. В это время Мейерхольд стремился избавиться от лишних украшений, а процессу помогала художница-конструктивист Любовь Попова, создавшая для спектакля вертикальную установку вместо привычной декорации. Так, сцена лишилась визуальных образов, что позволило актерам сосредоточиться на своей игре. Спектакль стал механизмом, а актеры — важными деталями, исполняющими акробатические трюки. Пьеса, написанная бельгийцем Фернаном Кроммелинком, рассказывает о ревнивом муже, заставляющем жену изменять, что создает пикантное сочетание трагедии и комедии.
Особую ценность представляет реквизит к спектаклю, например, маска героини Стеллы, восстановленная специально для выставки.
В разделе, посвященном «Смерти Тарелкина», выставка выводит гостей на сцену, предлагая увидеть мебель, придуманную Вероникой Степановой вместо традиционных декораций. Эта мебель также служит реквизитом для выполнения цирковых трюков и, характерно, легко трансформируется.
Спектакль «Земля дыбом» стал новаторским опытом, когда театр вышел на улицу, гастролируя по московским паркам. В этом разделе выставки демонстрируются рукотворные титры, созданные Любовью Поповой, которые были проецированы впервые на экран, сочетая текст спектакля и революционные лозунги.

В спектакле «Даешь Европу» биомеханика была интегрирована не как тренировка, а как часть самой постановки, что символизировало кризис конструктивизма. Премьера также представила джаз-бэнд, который контрастировал с миром Советов, становясь критикой тоталитарного режима, но «чужие» звуки смогли завоевать симпатию зрителей.
Заключительный зал выставки, посвященный спектаклю «Лес», показывает, как Мейерхольд вернулся к образности, от которой пытался уйти. При этом художник Василий Федотов предложил конструкцию, представляющую лестницу-дорогу, ведущую прямо в зал для зрителей. К тому же, Мейерхольд впервые стал интересоваться мнением публики, проводя анкетирование и фиксируя их отзывы для коррекции спектаклей. Каждый посетитель сам решает, с какого конца начинать осмотр — от «шайбы», чтобы увидеть конструктивизм как отдельную страницу жизни Мейерхольда, или от большого кольца, чтобы проникнуться насыщенностью двухлетнего конструктивистского опыта.




