В 1703 году британская аристократия была потрясена появлением яркого персонажа – молодого человека, настаивавшего, что он прибыл с далекого острова Формоза, ныне известного как Тайвань. Его звали Джордж Салманазар, и его сразу же приняли почти как голливудскую знаменитость: он носил необычную одежду и демонстрировал экзотические обычаи. На ломаном английском он рассказывал истории о жертвоприношениях, людоедстве и племенах, не стеснявшихся ходить нагишом. По данным издания Disgusting Men, Салманазар быстро стал одним из самых обсуждаемых людей в Европе.

Молодой человек рассказывал, что был похищен священником-иезуитом с Формозы и привезён в Европу. Когда его начали уговоривать принять католичество, он отказался и был заключен в плен. После побега его вновь поймали солдаты Кельнского курфюршества и вернули к иезуитам. По слухам, пытки не сломили убеждений Салманазара, и он сбежал во второй раз. В Нидерландах его уговаривали принять кальвинизм, что он также отверг из-за несогласия с предопределением судеб. Там он встретил англиканского священника Александра Иннеса, чьи взгляды ему пришлись по душе. Вместе они прибыли в Англию, где Салманазар познакомился с лондонским епископом и завоевал друзей среди прихожан.
Никто не сомневался: этот загадочный гость – настоящий уроженец экзотического острова, хотя на деле Джордж никогда не бывал восточнее Германии. Его дружелюбие к британской религии и участливые рассказы о родных обычаях сделали его желанным гостем в высших кругах Лондона. За обильным приемом пищи Салманазар поведал множество невероятных историй о людоедстве, обрядах и жизни аборигенов.
Убедительно объясняя свою светлую кожу тем, что принадлежит к знать Формозы и избегает солнечных лучей, он рассказывал о ежегодных жертвоприношениях девственников. Особое место занимал оригинальный алфавит из 20 символов, который Салманазар, как выяснилось позже, создал сам, смешав иврит, греческий и собственные вымыслы.
Популярность его рассказов достигла пика в 1704 году с публикацией книги «Историческое и географическое описание Формозы, острова под властью японского императора». В ней подробно описывались столица Кстернеза с подземными жилищами, обычаи, включая голую одежду и золотые украшения на гениталиях, а также жуткие наказания для неверных жен. Рацион аборигенов, согласно Салманзару, состоял в основном из древесных змей. Особое внимание уделялось местному языку, которому даже начали обучать миссионеров.
Столь успешный тираж принес Салманазару предложение преподавать в Оксфорде. Он гастролировал по стране, охотно делясь новым, якобы достоверным знанием о загадочной Формозе.

Его истории казались непререкаемыми. Научному сообществу нравилась его уверенность: на вопрос астронома о дневном световом режиме на Формозе Салманазар спокойно ответил, что дымоходы его родного дома были устроены так, что солнце в них не проникало, и он не в состоянии оценить этот параметр. Для британцев он стал своеобразным культурным аттракционом и кладезём необычных сведений.
Тем не менее с ростом скептицизма выяснялось, что многие детали не сходятся. Священник Фонтене указывал, что Формоза тогда была китайской территорией, а не японской, как говорил Салманазар. Другие отмечали, что молодой человек выглядит больше как европеец, чем азиат. Несостоятельной казалась и идея о столь массовых жертвоприношениях. К 1706 году всё больше изданий и научных обществ высказывали сомнения в правдивости рассказов.
На призыв разоблачителей Салманазар откровенно признал обман. Вместо публичного позора он получил неожиданную поддержку: публика прониклась к нему сочувствием и даже сохраняла интерес. Перестав выдавать себя за экзота, он посвятил себя обычным профессиям, включая работу редактором и армейским писцом.

Последние годы Салманазар посвятил написанию автобиографии, опубликованной уже после его смерти в 1769 году под названием «Мемуары ****, известного под именем Джорджа Салманазара, считавшегося уроженцем Формозы». В ней он подтвердил, что родом на самом деле из южной Франции и признал все свои выдумки. Настоящее имя мошенника так и осталось неизвестным.
Салманазар утверждал, что с детства владел талантами к языкам, учился в семинарии, затем бросил учебу и покинул дом. В попытках обмануть европейцев, он последовательно менял свою вымышленную биографию: от японца до уроженца малоизвестного острова. Именно с Формозы, куда добирался сквозь Европу, его и знали как «экзотического путешественника».
Даже после разоблачения харизма Джорджа удерживала к себе уважение. Когда он умер в преклонном возрасте, на прощание с ним пришло значительное количество лондонцев, включая знаменитого критика и ученого Сэмюэля Джонсона. Тот называл Салманазара лучшим человеком из когда-либо им встреченных.





