Когда Елена Ласкари впервые увидела Наташу с 15-летней дочкой Настей в московском хосписе, она на мгновение подумала, что они волонтеры. Настя была без коляски, и лишь позже стало ясно, что она — подопечная этого учреждения. Здесь пациентов не именуют, все — подопечные.
Елена Ласкари — опытный документалист, снявшая более 50 фильмов. Она очаровательна и располагает к себе. Мать и дочь с удовольствием согласились стать героинями ее нового проекта, и уже на следующий день Елена пришла к ним в гости.
Фильм длиной в полтора часа погружает зрителя в повседневную жизнь Наташи и Насти в одном из спальных районов Москвы. Настя, по причине болезни, полностью зависит от матери. Для кого-то это полное погружение может показаться слишком детальным или даже пугающим, но только так действительно осознается тяжесть жизненных обстоятельств этих женщин.
Мать и дочь практически не расстаются, и их близость иногда приводит к раздражению. Наташа с самоиронией признаётся, что не работает из-за постоянной необходимости ухаживать за дочерью. Она привыкла к такой жизни и, возможно, даже нашла в этом некую комфортную зону. Тем не менее, такая форма «тунеядства» может быть разрушительной для её эмоционального состояния.
Настя проводит дни в небольшой квартире, принимая лекарства по расписанию. Она не может быть самостоятельной, но при этом это современная девочка с розовыми волосами, которая часами приводит время за компьютером. У неё есть свои увлечения, она активно изучает иностранные языки и показывает успехи в китайском, радуя репетитора. Живя в своём особом мире, Настя рисует и мечтает стать художницей. Она готовится сыграть роль Джульетты в спектакле, организованном театральной студией при хосписе, где участвуют сверстники с различными тяжелыми заболеваниями.

Отец Насти был байкером и погиб молодым. Девочка подыскивает подходящего человека для матери на сайте знакомств. В итоге новый друг появляется, но его отношения с Настей остаются неясными.
Как кто-то заметил при обсуждении фильма: он не Ален Делон. Но Наташа счастлива рядом с ним. В её душе всё еще живёт дух байкерши, и она любит мчаться на мотоцикле. Видимо, так же, как когда-то каталась с покойным мужем. На экране она предстает с новым партнером — захватывающий кадр, где он на мотоцикле, а за ним — счастливое лицо Наташи.
Настя также мечтает покинуть дом, найти свою любовь и выйти замуж. Но она понимает, что в любой момент её жизнь может измениться. Зрители испытывают смешанные чувства: с одной стороны, жалость к Насте, с другой — недоумение, когда её мать вдруг говорит что-то недопустимое, пусть и с юмором. Отношение Наташи к дочери меняется с появлением нового возлюбленного, и зрителю становится непонятно, что он действительно думает о Насте.
Съемки картины продолжались четыре года. Это было тяжелое испытание для всех участников. «Когда приближаешься к такой семье, становишься почти ее частью. Камера всегда при нас. Наташа и Настя ни разу не говорили мне: «Выйди отсюда». Я снимала с 2019 года, но когда началась пандемия, я оставила камеру у них. Они стали снимать сами, и несколько фрагментов оказались в картине, когда Наташа включает свет в 4 утра и когда они на подъемнике в Сочи», — вспоминает Елена Ласкари.
Поездка в Сочи с новым другом добавила новую динамику. Он испытывал раздражение, но внимание к происходящему не проявлял, словно его не интересовала сама ситуация. В этот момент он не осознавал, как именно влияет на Настю.
По словам Елены Ласкари, Настя живёт благодаря mater, и именно её поддержка помогает девочке. За 17 лет постоянного ухода и переживаний вредные чувства накапливаются, превращаясь в черный юмор, который непосвящённым непросто понять. Наташа проявила смелость, решившись сняться в фильме, не подозревая, как это изменит её жизнь и как будут воспринимать её поступки.
Врачи когда-то предсказывали, что Настя проживёт всего до двенадцати лет, потом до шестнадцати, а теперь — до двадцати четырех. Но она не собирается умирать. В свои 20 лет она полна жизни и желает продолжать её. У Насти два серьезных заболевания, которые, накладываясь друг на друга, позволяют ей ходить.
После завершения съемок она перестала рисовать и уже не может держать кисть. В финальных кадрах она стоит на фоне стены с граффити, на которой изображены воздушные шары. На первый взгляд, это кажется произведением её искусства, однако на самом деле это просто стена в хосписе, а вот рисунки русалки и викинга — её собственные. Профессиональные аниматоры Надя Гольдман и Лиана Макарян вдохнули в них жизнь и дали фильму новое дыхание.
«Настя для меня – розовый бутончик», — скажет Елена Ласкари. Девочка, живущая в своём волшебном мире, стала вдохновением для авторов, которые пытались запечатлеть её мир с помощью анимации. Так обычный дом на окраине Москвы обрел сказочное звучание.





