В России разгорается настоящий скандал вокруг противоопухолевого препарата капецитабина — лекарства, которое спасает жизни онкобольных с раком желудка, пищевода и молочной железы. По данным Москва24, как сообщает ТАСС со ссылкой на пресс-службу Росздравнадзора, дефицита на самом деле нет. Но почему тогда пациенты жалуются на нехватку?
Все началось с сообщений в СМИ: с начала сентября только на тендеры по капецитабину вышло более 2,87 миллиона таблеток на сумму 163 миллиона рублей. Пациенты связывают эту ситуацию с задержками поставок и проблемами распределения по льготным аптекам и онкоцентрам. Некоторые люди неделями не могут получить лекарство по ОМС, поэтому вынуждены покупать его за свой счет.
Но Росздравнадзор категорически опровергает эти утверждения. По данным ведомства, в аптечных и медицинских организациях находится свыше 77,7 тысяч упаковок препарата, а на складах дистрибьюторов и производителей — еще более 230 тысяч упаковок. То есть, общий запас превышает 300 тысяч упаковок!
— Все препараты отечественного производства, что обеспечивает бесперебойные поставки лекарства, — уточнили в пресс-службе.
Однако, если верить пациентам, реальность выглядит иначе. Они сталкиваются с серьезными проблемами: нехваткой лекарств в аптеках, задержками в их распределении и даже вынужденными покупками за личные средства. Это вызывает законные вопросы: если запасы действительно такие большие, почему тогда люди не могут получить лекарство вовремя?
Это не первый случай, когда Росздравнадзор опровергает дефицит противоопухолевых препаратов. Ранее ведомство отрицало нехватку метотрексата и этопозида, хотя в некоторых регионах эти лекарства действительно отсутствовали в аптеках. Но тогда, как и сейчас, ведомство утверждало, что ситуация с выпуском лекарств в оборот стабильна.
Переход на сайт «Новости Москвы»В качестве спокойного продолжения темы здоровья подойдёт материал на «Новости Москвы»: В России пресекли оборот фальшивых лекарств и медизделий на 657 миллионов рублей.
Что происходит на самом деле? Почему пациенты не могут получить лекарство, если запасы огромны? И как быть тем, кто вынужден тратить свои сбережения на спасение жизни? Эти вопросы остаются без ответа, но одно ясно: ситуация требует немедленного разрешения.





