Вацлав Нижинский: танец, который изменил историю балета
Вацлав Нижинский стал первым танцовщиком, исполнившим «танец на голове» — движение, напоминающее хедспин из брейк-данса, который появился намного позже. Этот сложный трюк, при котором артист балансирует на голове и вращается вокруг вертикальной оси, до Нижинского не использовался в балете и вообще оставался неизвестен. Об этом довольно подробно пишет «Московский комсомолец».
Нижинский исполнил этот элемент в балете «Шехеразада» в момент сцены гибели его героя — Золотого раба, которого ранят саблей и убивают. Выполнить такой трюк способен далеко не каждый современный танцовщик, а Нижинский довел его до совершенства. Вспоминает его сестра Бронислава Нижинская: «Возлюбленный царицы падает, смертельно раненый; ноги взмывают вверх, он становится на голову и вращается вокруг оси, прежде чем замертво упасть». Свидетель этого выступления Эстраде Гуэрра отмечает, что руки и ноги артиста были расслаблены, а движения напоминали раненого зайца, пытающегося встать в последний раз.
Премьера «Шехеразады» состоялась 4 июня 1910 года в Парижской опере и стала настоящим событием. После этого выступления Нижинский получил прозвище «Бог танца». Ранее его сравнивали с Огюстом Вестрисом — легендой XVIII века, настолько популярной, что ради его выступления отменяли заседания парламента, а сам Наполеон не отпускал артиста в отпуск, чтобы гости империи могли насладиться его мастерством. Однако после «Шехеразады» подобные сравнения перестали иметь смысл — Нижинский стал уникальным явлением.
Сцена гибели Золотого раба остаётся одной из самых ярких и живописных в истории балета. Его движения сравнивали с прыжком тигра, неистовством змеи и борьбой рыбы на песке. Ромола Нижинская, жена артиста, описывала, как тело Вацлава будто выстреливало в воздух, а мышцы сводила смертельная судорога перед последним падением. Изначально этот трюк был импровизацией Нижинского — хореограф Михаил Фокин не включал подобные опасные элементы в постановку. С каждым исполнением трюк становился всё более рискованным, и многие удивлялись его непредсказуемому поведению — это было связано с начинающимися проблемами в психике танцовщика.
Во время гастролей в Южной Америке в Буэнос-Айресе в 1916 году Нижинский выступал в обновленном образе Серебряного раба — заменив на теле грим из фиолетового с серебристым отливом на серебристо-серый, согласно замыслу художника Леона Бакста. В одном из последних выступлений легендарного танцовщика сцена гибели героя прозвучала ещё более выразительно: публика была потрясена, многие зрители испугались за артиста, подумав, что он получил серьёзную травму. Ромола вспоминает, как он с артистизмом выполнял антраше, убедив всех, что действительно страдает.
Критик Юлия Сазонова в статье о творчестве Нижинского отмечала, что его роль в «Шехеразаде» стала своеобразным предсказанием судьбы самого художника: краткий миг триумфа и радости уступает место неизбежному падению и борьбе с внутренними демонами. Последним появлением танцора на профессиональной сцене стало выступление в балете «Видение розы» в 1917 году, после чего начался его трагический уход из мира искусства.




