Когда-то, в эпоху, когда «Сникерс» стоил всего 12 рублей, я решился на серьезный шаг и женился. Зачем именно я это сделал, до сих пор неясно. Возможно, искал горячего питания, о котором так и не успел задуматься. Или мама подталкивала меня к вопросу внуков, что тоже можно считать причиной. Но точных воспоминаний не осталось.
Моя супруга имела сочинские корни, и я решил попробовать пожить в Сочи. Там, как мне казалось, можно было отдохнуть: тишина, нет частых выстрелов, а изобилие овощей и фруктов как нельзя кстати.
Мы сняли домик недалеко от пансионата Ордженикидзе, недалеко от знаменитой на тот момент гостиницы «Рэдиссон-Лазурная», если двигаться в сторону моря. А на углу находилась чудесная чебуречная, куда я часто заходил на завтрак. В те времена не было мобильного интернета, и я с удовольствием читал газету, запивая румяные чебуреки томатным соком и кофе по-турецки.
Однажды жена предложила отправиться к ее подруге, армянке. У нее был армянин муж, и дети тоже родились в этой культуре, что предвещало интересный вечер.
Сидя за столом с мужчинами, где женщины занимались подачей еды и не мешали нашему общению, я обнаружил желание покурить. В тот период курение и употребление алкоголя были частью моей жизни. Я решил выйти во двор, укрыться в тени винограда за кустами, стараясь не привлекать внимание.
Вскоре на веранду вышли моя жена и её подруга. Они отступили в сторону для разговора, и я понимал, что обсуждают что-то важное. Разговор, прежде всего, касался подарков на свадьбу, пока подруга не задала неожиданный вопрос с видом секретного агента:
— А у тебя был КУЛИНГУЛУС?
— Кто?
— Ну, КУЛИНГУЛУС!
Сначала жена, потерявшись, не сразу поняла, что речь идет о куннилингусе. Она лишь развела руками, не знав, как на это реагировать. Подруга же, посмотрев на неё, с легкой завистью заметила:
— Счастливая!
и вернулась в дом. С тех пор я не называю это иначе, как кулингулусом, и искренне жалею армянских женщин.






