«Мама, я смотрю этот теннис», – произнес я про себя на протяжении нескольких часов. Эта фраза в большинстве случаев могла бы показаться банальной, но после более чем пяти с половиной часов зрелищного финала «Ролан Гаррос» и невероятного камбэка, я позволил себе это.

Я стал свидетелем этого успеха, прочувствовав, насколько важен этот день. Определить момент, когда стало ясно, что происходит нечто великое, было сложно, но после отыгранных матчболов при 3:5 и 0:40 в четвертом сете стало очевидно.
Я провел шесть с половиной часов на трибуне, практически не двигаясь, и это принесло невероятное счастье. Место на трибуне было высоким и находилось на короткой стороне корта, так что мне не нужно было вращать головой, как в старых теннисных роликах. Если бы кто-то снимал эти часы только меня, в кадре был бы завороженный зритель.
Я искал каждую деталь матча. Вот Янник Синнер впервые поднял кулак, проявив эмоцию, и его лицо больше не выглядело бесстрастным.

Карлос Алькарас при счете 2:4 во втором сете бежал на прием, словно забил гол в финале Евро, подзаряжаясь энергией трибун.
Удивительно, что финал, казавшийся односторонним и предрешенным, в итоге завершился совершенно иначе. Когда Алькарас не смог подать на матч при 5:4 в пятом сете, уровень шока не изменился. На тот момент казалось, что в матче возможно все.
Я стал думать, что, возможно, Синнер превратится в гепарда, а Алькарас начнет сверкать, как супергерой. В некотором смысле, это казалось столь же вероятным, как камбэк с 0:2 при трех матчболах, особенно от игрока, который не имел опыта таких ситуаций.
Тем не менее, то, что происходило на шестом часу, было трудно поверить, ведь всего месяц назад я видел Алькараса потерянным из-за травмы и не смогшего выйти на корт.
На протяжении всего финала моя голова ломалась от эмоций.
Приходя на трибуну, я вспоминал финал «Уимблдона» 2008 года и ту напряженную игру между Федерером и Надалем, которую смотрел в записи.
После поражения Синнер заговорил о родных: «Я из обычной семьи. Например, мой папа не смог прийти на финал, поскольку работал. Я никогда не мечтал оказаться здесь – и вот я в финале».
Я тоже никогда не ожидал, что смогу вживую увидеть матч, который уже занял свое место в истории, рядом с другими величайшими играми.

Я был в восторге, даже если бы это происходило по телевизору. Но мне повезло быть частью этого события.




