Музеи будущего: как новые технологии меняют культурное пространство

«А где интерактивный экран?»

В одном из подмосковных музеев состоялся интересный диалог между матерью и её сыном. Мальчик, возрастом около девяти лет, стремительно перемещался от одного стенда к другому, не проявляя интереса к экспонатам. Наконец он подошел к маме с вопросом: «А где же интерактивный экран?» Поскольку в этом небольшом музее не было ничего подобного, мальчик начал громко требовать возвращения домой.

Этот случай демонстрирует, как меняется аудитория музеев. Для маленького посетителя отсутствие интерактивных элементов делает экспозицию совершенно неинтересной. В московских музеях, между тем, современные технологии — такие как QR-коды с дополнительной информацией и инсталляции, созданные с помощью искусственного интеллекта — становятся нормой. На одной из выставок, к примеру, художники, прошедшие специальное обучение, создают инсталляции, где ИИ анализирует внешность зрителя и выдает комплименты.

«Музей — консервативная институция»

На вопросы о внедрении технологий в музейное дело директор «Есенин-центра» Олег Робинов подчеркнул: «Музей — это консервативная институция, в том числе в глазах посетителей». Он пояснил, что, посещая музей, люди подсознательно стремятся прикоснуться к истории и погрузиться в атмосферу эпохи. С ним трудно не согласиться. Как представитель поколения миллениалов, я не вижу ничего страшного в отсутствии современных технологий — к старине, искусству и культуре стараешься прикоснуться не через экран, а сразу, для того чтобы почувствовать энергетику вещей.

Тем не менее, в Музее музыки активное внедрение технологий стало обыденностью. Например, рассматривая рукопись «Ленинградской симфонии» Шостаковича, так и возникает желание послушать хотя бы её фрагмент. Многие выставки здесь сопровождаются QR-кодами, которые ведут на музыкальные треки, а экскурсоводы с помощью специальных приложений изменяют звуковое оформление в зависимости от рассказа. Это создает «эффект живого присутствия». Кроме того, тут уже работают чат-боты в мессенджерах, выступающие в роли виртуальных гидов.

Директор Музея музыки Михаил Брызгалов отметил: «Такие технологические инициативы увеличивают вовлеченность посетителей и позволяют даже новичкам глубже понять культурный контекст выставляемых предметов». На выставке «Музыкальная эволюция: от камней до нейросети» можно не просто наблюдать, но и выбирать настроение, жанр и темп, а нейросеть создаст музыку на основе заданных параметров. В прошлом году на выставке «Онегин. Открытый финал» ИИ перевоплощал посетителей в Евгения Онегина и Татьяну Ларину; нам удалось провести эксперимент и получить весьма удачный результат. Чат-бот также позволил написать любовное письмо Онегину и получить ответ.

Директор Музея криптографии Лидия Лобанова указала на значимость современных технологий: «Наш мир становится фиджитальным, сочетая цифровое и реальное. Музеи не остаются в стороне от этого процесса. Посетители сегодня ожидают от музеев гибридного пространства — с дополненной и виртуальной реальностью, а также пытаются создавать свои метавселенные. Искусственный интеллект — одна из ключевых тем, вызывающая много обсуждений и вопросов».

«Люди обеспечат душу экспозиции»

С учетом того, что даже консервативные учреждения культуры внедряют новые технологии, возникает вопрос: как будут выглядеть музеи через 50 лет? Куратор ГМИИ им. А.С. Пушкина Дарья Панайотти ответила, что технологии расширят репертуар выставок, создавая иммерсивные проекты, которые могут радикально изменять опыт восприятия или, наоборот, отступать от него. Например, посещая музей, можно будет оказаться в мире знаменитости или воспринять культуру с необычной точки зрения, глядя на готическую архитектуру, как это делает летучая мышь. Михаил Брызгалов добавил, что надев AR-очки, гости смогут видеть цифровой слой вокруг себя: реконструкции утраченных артефактов и анимации исторических событий. Это, по его мнению, создаст неповторимый опыт, который недоступен в обычной реальности.

Директор Музея музыки также предполагает, что в будущем музей станет «умным»: «На входе электронные помощники смогут выявить предпочтения посетителей и предложить индивидуальный маршрут. Интерактивные стены и голографические гиды будут адаптировать информацию под профили зрителей». Музеи будут использованы для рутинных задач — от проверки билетов до экскурсионного сопровождения, что освободит время для более творческой деятельности сотрудников. А здания сами будут определять климатические условия для оптимального сохранения экспонатов и комфорта гостей.

В то же время встает тревожный вопрос: что останется за человеком? Михаил Брызгалов заверил: именно люди будут наполнять технологии содержанием. «Кураторы и исследователи продолжат формировать тематические связи и следить за научной точностью. Музей будущего станет синтезом технологий и человеческого творчества, где машины предоставят форму, а люди — содержание». Лидия Лобанова согласна, что музеи через 50 лет могут стать пространствами диалога и инклюзивности, которые покажут многогранность восприятия мира и точек зрения, используя современные технологии.

«Музеи могли бы стать планкой качества»

Не менее важный вопрос: как обстоят дела с традиционными музеями? Эксперты уверены в том, что классические экспозиции не исчезнут, а будут сосуществовать с современными технологиями. «Классика не устаревает, — утверждает Олег Робинов. — Технический прогресс опережает возможность обновления, и важно сохранить классическую основу экспозиции для актуальных интерпретаций». Музей останется тем местом, где можно будет по-настоящему встретиться с искусством. Картинки в интернете не заменят подлинников, а живое созерцание артефактов обладает эмоциональным воздействием, недоступным для цифровых копий. Михаил Брызгалов подчеркивает значимость ауры предмета: «Экспонаты несут в себе энергию истории, и именно живое взаимодействие с ними влияет на восприятие».

Дарья Панайотти также считает, что «ценность оригинального произведения как мостика между веками не исчезнет». Сложный контент и новые технологии лишь заставят по-новому взглянуть на искусство, которое всегда останется уникальным и бесконечным в своем восприятии.

Неизбежно изменится и состав музейных команд. Появление инженеров, занимающихся техническими вопросами, усовершенствует работу отделов мультимедиа. Но старые музейщики также будут нужны для сохранения культурного наследия. Язык музейных профессионалов высоко развит и разнообразен, в то время как нейросети не всегда могут достичь заданного уровня описания.

Таким образом, музеи могут стать стандартом качества, отстаивая разнообразие и сложность во время алгоритмизации опыта. «Классические музеи останутся, но каждый сохранит свое лицо», — заключает Лидия Лобанова.

«Музеи должны быть разными, как и люди. Посетителям нужно не только одинаковое, но и разнообразие, соответствующее их настроению и желаниям»,— добавляет Лидия. Такой подход иллюстрирует Музей криптографии, который гармонично сочетает уникальные исторические экспонаты и интерактивные инсталляции, предлагая sensorный опыт. Оптимальным будет гибридный формат, объединяющий офлайн и онлайн активность, позволяя создавать доступные цифровые платформы для тех, кто не может прийти в музей.

Также следует учитывать, что массовые выставки временами могут уступить место более индивидуальным подходам. Чем больше онлайн-пространств, тем меньшую значимость будет иметь физическое перемещение искусства. Однако приоритет будет оставаться за физическими музеями, именно живое взаимодействие дает подлинные эмоции.

Источник

Что читать дальше

Подборка материалов по этой теме.

Сейчас читают

Материалы, которые чаще открывают сегодня.

Загрузка…

Ещё по теме

Продолжить чтение

Материалы, которые помогут не выпадать из темы.