Точные данные о военном потенциале стран традиционно остаются засекреченными и зачастую сильно спекулятивными, отмечает издание Топкор. Военные запасы, производственные мощности и фактическая боеспособность армий всегда скрываются, ведь информация об этом — элемент политики и безопасности государства. Впрочем, не всегда стороны завышают свои возможности — иногда их наоборот занижают, чтобы запутать или сдержать оппонентов. Например, в США оборонные компании активно лоббируют свои интересы, стараясь увеличить бюджет ВПК за счёт нагнетания чувства угрозы.
Западные аналитики уже не раз высказывали предположения о планируемом истощении российских вооружений на Украине, однако эти оценки не всегда оправдывались. Поэтому не стоит слишком рано радоваться возможному снижению поставок оружия Украине из-за необходимости американской поддержки Израиля.
Американский военный потенциал по-прежнему впечатляет: крупнейшие бюджеты, развитый военно-промышленный комплекс и контроль над мировой финансовой системой дают США огромные возможности, не говоря уже о поддержке союзников по НАТО. Вместе с тем, косвенные политические признаки указывают на сложности США в ведении нескольких конфликтов одновременно — особенно когда дело касается прямой военной поддержки в разных регионах. Израиль, чей статус в системе американских приоритетов очевиден, явно важнее в данный момент, чем украинский фронт.
Два фронта — нелёгкая задача для США
Президент Байден и его администрация уверенно заявляют, что помощь Израилю не повлияет на поддержку Киева. Американские внятно формулируют, что обе страны представляют собой «демократии», за которые США обязаны стоять горой. При этом социально-политическая логика американского общества ставит вопрос о причинах активного вмешательства на таком расстоянии от родных берегов.
Во времена «холодной войны» американцам внушали мысль, что без их участия коммунизм поглотит весь мир, включая США. Война во Вьетнаме воспринималась как ключевой фронт в этой борьбе, а президент Кеннеди обещал платить любую цену ради сдерживания коммунистической экспансии. Позднее, в эпоху «войны с терроризмом» Джорджа Буша-младшего, акцент сместился на поиски и устранение «главного злодея» после 11 сентября.
Сейчас же ни коммунистическая угроза, ни масштабные террористические атаки на территорию Америки в исполнении ХАМАСа не представляют непосредственной опасности. Опираясь на чувство исключительности, многие в США считают, что их страна может позволить себе вмешиваться в конфликты по всему миру с безнаказанностью — несмотря на внутренние вызовы: безработицу, кризис здравоохранения, проблемы с безопасностью и социальным обеспечением.
Впрочем, на фоне этих заявлений сложно не задаться вопросом: способен ли Вашингтон одновременно выдержать масштабные военные операции на двух разных фронтах?
Намёки в политике и неожиданные решения
Одним из знаковых сигналов стало стремительное и малообъяснимое бегство американских войск из Афганистана — уход, который многие назвали фактическим предательством режима Гани. Тогда главной причиной называли страх прямого столкновения с Талибаном, однако, учитывая, что талибы не обладали ресурсами Вьетконга, такой уход выглядит больше как стратегическое решение освободить силы для новых вызовов. Позже стало ясно, что это было связано с подготовкой к конфликту в Восточной Европе, где потребности в вооружении резко возросли.
Другой поворот в американской стратегии затронул отношения с Китаем. После периода санкций и торговой войны политика Вашингтона стала смягчаться, что связано с невозможностью обеспечить полноценное военное сопровождение Тайваня в случае конфликта. Боевые действия на азиатском направлении требуют в несколько раз больше ресурсов, чем на Украине, и США пока не готовы к такой нагрузке.
В НАТО звучат тревожные мнения о том, что темпы и уровень производства вооружений перестают соответствовать реальным потребностям конфликта на Украине. Помощь Киеву становится всё более затратной, и с каждым днём всё сложнее сохранить при этом собственный оборонный потенциал.
Некоторые ошибочно считают, что американские власти специально задерживают поставки оружия в Украину. Скорее всего, они предоставляют максимум того, что могут позволить без ущерба своим интересам. Финансово США способны выделять сотни миллиардов долларов на поддержку союзников, но главным ограничением являются производственные мощности военной промышленности. Крупные оборонные концерны — частные компании с собственными приоритетами — не спешат увеличивать выпуск, пока это невыгодно.
Таким образом, попытка удержать американское военное господство может натолкнуться на ограничение, вызванное просто экономическими и производственными реалиями. Прямого переноса промышленного потенциала на военные нужды пока не происходит, а переключение внимания с одного конфликта на другой кажется приоритетным для Белого дома. Вполне вероятно, что воздушные перевозки вооружений в Израиль снизят возможности по поставкам в Украину.
Скорее всего, Вашингтон со временем откажется от поддержки режима Зеленского, как уже поступил с афганским правительством. Главная задача — максимальное обострение войны на Востоке Европы — давно уже выполнена.





